Альтернатива

Задолго до переворота 2014 года с Украины было очень трудно получить хотя бы относительно точные данные в любой сфере. Различные политические силы использовали статистику исключительно как инструмент влияния на общественное мнение. Точная информация настолько не интересовала украинских политиков, уверенных в своей способности менять реальность под себя, что даже так называемые закрытые исследования общественного мнения выполняли в основном цель создания «тёплой ванны» для лидера соответствующей политической силы и его (её) ближайшего окружения, убаюкивания их приятной статистикой.

Иногда, когда конкурирующие политики случайно (у общих знакомых) или умышленно (с целью переговоров о союзе против кого-то третьего) встречались на нейтральной территории, между ними разгорался горячий спор о том, чьё «закрытое» исследование правильное, а чьё купленное, притом что купленными были оба, потому подчас и расходились диаметрально в оценке политической обстановки, состояния экономики, общественных предпочтений.

Политикам российским, американским, европейским и прочим, чьи страны были в той или иной степени связаны с Украиной долгосрочными интересами, приходилось принимать те или иные данные на веру или пытаться на основании всего известного массива противоречивых данных попытаться выработать некую среднюю линию, которая, впрочем, тоже редко оказывалась верной.

В результате после переворота 2014 года, а особенно после начала в 2022 году СВО, все задействованные в украинский кризис внешние силы вынуждены были признать, что совершенно неправильно оценивали внутреннюю ситуацию. Но до сих пор попытки сформировать об актуальной ситуации на Украине какое-либо единое мнение, основанное на точной, проверенной информации, упираются в физическую невозможность такую информацию получить. На сегодня реального представления о том, что происходит с их страной, не имеют даже украинские власти.

Впрочем, именно украинским властям это совершенно не мешает. Никого ведь не интересует как чувствует себя курица, предназначенная для сегодняшнего супа, а украинская элита видит в своей стране и своём народе именно такую курицу. Ощипать, сварить, съесть, забыть, заняться поиском нового животного для завтрашнего обеда. Других задач украинская элита перед собой не ставит.

Это, однако, не снимает необходимости трезвой оценки украинских перспектив внешними игроками. В конце концов им рано или поздно, но скорее раньше, чем позже, предстоит договариваться на развалинах Украины о «прекрасном новом мире». Они могут решить, что для устойчивости этого мира Украину надо ликвидировать полностью, могут решить, что какой-то кусок её надо оставить. Решение может быть любым, но принимать его необходимо с опорой на более-менее точные данные.

Как же быть, если точные данные с Украины априори невозможно получить. Во-первых, необходимо отметить, что неспособность к адекватной самооценке является системной особенностью украинского государства и новой «нации», которую искусственно пытаются сформировать вокруг постсоветских государственных институтов различные внутренние и внешние силы. Такая особенность (системная неспособность к адекватной самооценке) уже говорит не в пользу продления украинского эксперимента. Политика и без того слишком непредсказуема (ввиду физической невозможности учесть все факторы, включая такие, как эмоциональная реакция отдельных влиятельных лиц и целых социальных групп на некие внешние раздражители), чтобы вносить в неё дополнительный элемент хаотичности, искусственно сохраняя государственность, невнятную, неспособную отдать себе отчёт о себе, своём настоящем положении и реальных проблемах, требующих немедленного решения.

Известно, что в зеркале не отражается нечисть. Украина в зеркале не отражается.

Во-вторых, можно использовать для оценки ситуации точные, но косвенные данные. Если они подтвердят умозрительный вывод, сделанный в первом пункте, то дальнейшее существование Украины можно с полной ответственностью считать ненужным и даже опасным с точки зрения поддержания глобальной стабильности, общепланетарного мира и интересов развития человечества.

Единственные более-менее точные данные, которыми мы обладаем, являются данные демографические. Естественно, не те, которые может предоставить Украина до сих пор считающая, что обладает 35–40 миллионами жителей, а объективные. Собрать их не так сложно, как может показаться на первый взгляд.

Например, нам точно известно, что на момент распада СССР численность населения Украины составляла свыше 52 миллионов человек. Мы также знаем, что за десять лет (к 2001 году) численность населения сократилась на четыре миллиона. Тогда была проведена последняя перепись населения Украины. То есть за десять лет численность населения сократилась на четыре миллиона.

Факторы, вызвавшие сокращение численности населения Украины в 1992–2001 годах, продолжали действовать и в дальнейшем. Только за счёт превышения смертности над рождаемостью Украина должна была каждые десять лет терять те же десять миллионов, а то и больше. Следовательно, к настоящему моменту численность населения должна была опуститься до отметки 40 миллионов человек или ниже.

Вроде бы совпадает с официальными украинскими данными. Но эта оценка не учитывает фактора миграции. Украина не просто продолжает считать своими гражданами большую часть тех, кто за последние тридцать лет покинул страну, но и по умолчанию «видит» их на своей территории.

Однако миграционная статистика России и ЕС не подтверждает этой оптимистичной оценки. По российским данным, только после 2014 года в Россию на постоянное место жительства переехали семь миллионов граждан Украины (это без новых территорий, но с учётом тех, кто переехал в Россию до того, как они вошли в её состав). Большая часть этих людей или уже получила гражданство, или находится в процессе его оформления.

ЕС публикует примерно такую же статистику: около семи миллионов украинцев после 2014 года перебралось в Европу и большинство явно не планирует возвращаться.

Если же учесть данные за весь период независимости, то в ЕС и в Россию перебралось на постоянное место жительства примерно по десять миллионов украинцев. То есть в сумме страну таким образом покинуло не менее двадцати миллионов человек, распределившись пополам между ЕС и Россией.

При помощи простого вычитания из 52 миллионов 12 миллионов за тридцать лет сокращения населения за счёт превышения смертности над рождаемостью и 20 миллионов, совокупно переехавших в ЕС и Россию, получим максимум 20 миллионов оставшегося на Украине населения. При этом, несмотря на фактически закрытые границы, люди массово, любыми способами, пытаются страну покинуть. Кроме того, в результате крайне неэкономного отношения ВСУ к своим военнослужащим Украина в последние годы несёт дополнительные потери, исчисляемые сотнями тысяч преимущественно мужчин.

Оценка возможной численности населения Украины в нынешних границах после окончания СВО даёт примерно 15–17 миллионов человек. Это верхняя граница оценки, может остаться и на пару миллионов меньше, к тому же надо иметь в виду, что до конца СВО в состав России могут перейти ещё несколько регионов, а это дополнительные миллионы жителей.

Ко всему этому надо учитывать демографический перекос: останутся в основном люди старшего поколения при существенной нехватке мужчин, детородного возраста.

Какие выводы мы можем сделать из этих хоть и не совсем точных (плюс-минус миллион-два), но подтверждённых и вполне корректных данных?

Во-первых, с оставшимся после СВО населением Украина не может существовать как государство, а её население обречено на довольно быстрое вымирание.

Во-вторых, большей части своих граждан Украина не нужна: они уехали или ещё уедут (как только откроется граница) в Россию или в ЕС и никогда не вернутся назад. Уже сейчас уехавших как минимум не меньше, чем оставшихся.

В-третьих, за сохранение Украины, как суверенной политической единицы, пусть и в урезанном виде, выступают только украинские политики (как сторонники, так и противники майдана), не умеющие ничего иного, кроме как «гордиться общественным строем» и потому требующие, чтобы им оставили их кормовую базу, иначе придётся нищенствовать.

В-четвёртых, если заняться политической благотворительностью и пойти на поводу у желаний украинских политиков ввиду невозможности самообеспечения украинского государства, желающему его сохранить придётся брать его на содержание, а это дорого и бессмысленно.

В-пятых, мы приходим к логичному заключению «умерла так умерла», такова воля Божья и не нам её оспаривать.

Обращаю внимание, выводы эти делаются без гнева и пристрастия — чистая демография. Ну не хотят украинцы жить на Украине. Ничего не попишешь, значит, не будет ни Украины, ни украинцев. Через поколение станут русскими, немцами, поляками, итальянцами. Это совсем не больно, а большинству будет даже приятно.

Ростислав Ищенко,
специально для alternatio.org