Альтернатива

Как бы Николай Данилевский, будь он с нами, спрогнозировал исход предстоящей встречи «нормандской четверки»? Чем Меркель, Макрон или, тем более, Зеленский могут быть интересны лидеру России?

Заседания российской Госдумы не идут ни в какое сравнение с эпическими сессиями «парламента воюющей страны». То есть Верховной Рады Украины. Вот где наблюдается торжество «гидности» и психиатрии в чистейшем виде. Без всяких примесей. 5 сентября отдохнувшие бойцы Рады прилетели в Киев с Мальдив, Канар и Ницц, где на протяжении двух с половиной месяцев неустанно думали о том, чем еще, с…ка, помочь нации. Лидер «радикалов» Олег Ляшко даже посетил коров Швейцарии, которых поласкал и спросил: «Что я могу сделать для Украины?». Ответ неизвестен, но подозрения относительно прогрессирующей зоофилии Ляшко усилились 

Украинский диктатор, как герой булгаковского «Собачьего сердца», начальник подотдела очистки коммунхоза города Москвы Полиграф Полиграфович Шариков, займётся отловом «бродячих кошек». Не кошек, конечно, а любимым занятием украинских патриотов — борьбой с русскими и русской культурой! Утром и вечером коллективное пение Гимна Украины. 24 часа в сутки по украинскому ТВ гопак и другая шароварщина. Украина понад усе. СУГС, СУГС и ещё раз СУГС!

С точки зрения интересов России федеративная Украина, в которой одна часть будет интегрироваться с Россией, а другая с Западом, ничем не лучше той «многовекторной» Украины, которая за 23 года докатилась до нынешнего состояния. Она останется антироссийским проектом хоть в федеративном, хоть в конфедеративном виде. Слишком уж сильны культурные установки из серии «Украина – не Россия», слишком далеко зашла идеологическая украинизация даже на Юго-Востоке, чтобы её можно было развернуть после ослабления диктата из Киева, а не полного закрытия всего проекта.

Фактически теперь РФ отвечает США не только асимметрично, развивая ударные вооружения, но и симметрично — пытаясь догнать и перегнать конкурента в сфере противоракетной обороны. Не будет удивительным в будущем обнаружить элементы ПРО РФ, дислоцированные в странах ОДКБ, а возможно, и в какой-нибудь из южноамериканских стран. Более того, по-видимому, никаких других способов «договориться» с заклятыми «партнёрами» нет — более 20 лет попыток сделать это прошли даром. США не нужны друзья или равные партнёры, им нужны сателлиты и только. И Россия с этой ролью не смирится.

На Западе межвидовые учения нашей армии вызывают панику. За переброской войск силами транспортной авиации пытаются рассмотреть некую угрозу. В какой-то мере эти страхи обоснованы, так как наша страна готовится к войне будущего, то есть отрабатывает сценарии потенциальных боевых действий. Но на самом деле в этом нет ничего сверхнеобычного. Единственный вариант реагировать на угрозы — отрабатывать переброску войск за тысячи километров от пункта постоянной дисклокации. И, на мой взгляд, это правильно. Армию, сравнимую с советскими масштабами, никакая экономика просто не потянет. Минобороны формирует современный тип вооруженных сил, которые ограничены в численности, но состоят из профессионалов и очень мобильны.

Если вы хотите знать, каково было соотношение намеревающихся голосовать за воссоединение с Россией и их противников, то я вас удивлю, как удивился сам. Не 90, не 95, не 99 процентов. Сто целых ноль десятых! Нам не удалось найти ни одного – старого ли, молодого ли, который был бы за сохранение украинской юрисдикции над Крымом. Конечно, считать это репрезентативной выборкой мы не можем. Но, стараясь быть придирчиво объективными, мы стали спрашивать национальность наших респондентов. Да, большинство были русскими, но был немалый процент и украинцев, которые, несмотря на наши «провокационные» вопросы, твердо стояли на том, что им тоже обрыдла за последние 22 года   украинская власть

29 ноября министр национальной обороны Польши посетил школу подофицеров в Познани и с озабоченным видом сообщил собравшимся о том, что сейчас происходит восстановление Российской империи. В принципе, подобным заявлениям можно было бы не удивляться — польские политики охотно пугают самих себя и всю страну «угрозой с Востока». Однако днем ранее все тот же Блащак подписал новую программу развития Вооруженных сил, а это уже гораздо серьезнее, чем просто антироссийская риторика

Анализируя сложившуюся ситуацию, перестаёшь искать ответ на вопрос «Возможна ли новая большая война?» Скорее начинаешь размышлять, сколько времени до неё нам осталось и что делать, если всё это случится уже завтра…

Так вот, возвращаясь к теме элит. Во-первых, применительно к нашему духовному пространству я пока ударение ставлю на последней литере. Помните подзабытое словечко «лимита»? То есть люди без роду и племени, понаехавшие в непривычные для себя места, попавшие в чуждую социальную среду, затыкая собой демографическую брешь каких-то глобальных проектов

Путин не уничтожает падаль. Он щадит «мертвых», притворяющихся живыми. Он щадит то, что должно быть уничтожено, стерто с лица земли. Он относится к ним таким образом, что это отношение позволяет им считать себя равными ему. Да что там равными! Выше его! Поэтому они убеждены, что его побеждают. Им кажется, что они уже победили. Они уверены, что сейчас происходит «агония путинского режима»…

Великодушие — главная черта русской цивилизации. На том стояли и стоять будем. Но при этом очень бы хотелось, чтобы мы всегда помнили, с кем имеем дело. Почаще бы обходились без жестов доброй воли и пореже бы заглядывали в рот джентльменам с фарфоровыми улыбками…

Если вы родились не позже 70-х годов прошлого столетия, то должны помнить, как перед самым развалом Союза в бывших советских республиках ярким цветом распустились сепаратистские движения в виде «народных фронтов» и им подобных организаций. Почти все из них, как бы это ни казалось странным, были продуктом КГБ и верхушки партноменклатуры…

Нет ничего более противоположного, чем данные понятия. Любовь – это райский шалаш теплых межличностных интенций. Есть еще чистилище холодного делового объективизма: бизнес и ничего личного. И есть ад жгучей политической ненависти, когда политики ненавидят своих избирателей с самого начала процесса, а те – ближе к концу. Но бывают и исключения. Я лично знаю уже целых три 

На днях удалось прочитать в социальных сетях с обычного упоротого украинского аккаунта о том, что если Путин сейчас не нападёт, то нам всем точно хана. Это был настоящий крик души…

Похоже, сегодня мы переходим к этапу движения страны от недействительности к небытию. Если уж заговорили гегелевскими словами, примем и гегелевский ход мысли. В нашем случае, переходя на человеческий язык, это означает одно: чему быть, того не миновать. Могучим средством ускорения этого движения страны в небытие и может послужить принятие закона о государственном языке авторства Матион, Фариос и еще одного третьего (Вы его могли видеть по телевизору: этакая дубина в фиолетовых рубашках с желтыми галстуками). Я не сторонник эвтаназии, но и не считаю, что предсмертные муки нужно искусственно продлевать. А посему уверен: этот закон обязательно должен быть принят.

Китай… При этом звуке у жителей коллективного Запада порой начинаются припадки паники с перерывами на приступы параноидальной ненависти. То китайские шары диарею вызывают, то вездесущие шпионы, которые, видимо, конкурируют только с русскими, спать спокойно не дают. Ну никакого сладу с ними нет…

Крым ― это территория вежливых людей. И Украина, навсегда его потерявшая, утратила последние остатки своей душевной доброты, окончательно оскотинившись и озлобившись, мгновенно превратившись из обычной побирушки в агрессивную нищую психопатку с манией разрушения. Вы скажете, что Украина просто перестала маскироваться и явила себя настоящую. Вполне возможно, но то, что это совпало с отплытием Крыма, весьма красноречиво...

За ширмой свободы слова с младых ногтей людей приучают к жёсткому диктату. А так как и фундаментальных знаний дают всё меньше, то и после окончания вуза человек без марша в ногу с мейнстримом оказывается на обочине жизни и в общественном плане, и в финансовом. Из такого болота Джеромы Сэлинджеры с их бунтарством не появляются…

Для многих на Украине Банковая давно стала символом власти, таким же как американский Белый дом или московский Кремль, но, на мой взгляд, это сравнение справедливо лишь при первом приближении…