Альтернатива

Как показывает практика, при возникновении реальной опасности большая часть борцов с украинским режимом спокойно отправляется в эмиграцию (временную или постоянную). Остающиеся же в подавляющем большинстве не представляют для режима опасности…

Единственная тайна парижской встречи заключается в том, решился ли Зеленский поговорить с Путиным о Коломойском. С одной стороны, Коломойского он боится до икоты. С другой, Путина он боится ещё сильнее.

Ты можешь быть русским, узбеком, якутом, китайцем, но никак не «якуто-китайцем» или «молдавано-узбеком». А «русский украинец» (в отличие от «украинского русского»), как раз и является «негро-индейцем».

Все утверждения Сунь Цзы сформулированы, как общие законы. То есть, они применимы к любым конфликтам, любых эпох. К столкновениям каменного века и гипотетическим «звёздным войнам» будущего, к войнам национальным и династическим, гражданским и религиозным, к информационным, гибридным, кибернетическим, идеологическим, финансовым и торговым столкновениям.

Значительная прослойка политически активных «русофилов», до переворота вполне вписывавшихся в украинский олигархический режим, ждала Россию так же, как «люди с хорошими лицами» верили во вступление в ЕС и как нацисты верили, что США и Европа будут их вечно кормить от пуза только ради того, чтобы они из-под лавки лаяли на Россию.

Новое молодое украинское правительство ругают. О нём и о премьере Алексее Гончаруке говорят и пишут много плохого. Мол, образования у них профильного нет, опыта работы никакого, вообще они жалкие соросовские грантоеды. Но на самом деле люди находятся на своем месте.

В пятницу Белоруссия отмечала тысячелетие Бреста. Мероприятие посетил президент Лукашенко. В процессе общения с журналистами, Александр Григорьевич сделал несколько заявлений, посвящённых белорусско-российским отношениям. На первый взгляд они могут показаться невнятным потоком сознания, но на деле очень точно отражают цели, состояние, приоритеты и смысл белорусской внешней политики, как в целом, так и на российском направлении в частности.

В последний год, в связи с выступлениями озабоченных граждан в Екатринбурге (по поводу храма и сквера) и в Москве (сами не знают по поводу чего) столкнулся с логическим парадоксом, преследующим вполне лояльных и благонамеренных людей. С одной стороны они в большинстве своём согласны, что майдана в России не будет. Не будет при этой власти, поскольку народ уверен, что она не задумается устроить майдану Тяньаньмень. О том, что будет при следующей власти думать бесполезно, поскольку она может быть вполне адекватной (и следующая за ней тоже), но рано или поздно любой, самый совершенный механизм преемственности даёт сбой. Так что рано или поздно России, как и любому другому государству суждено пережить кризис

В конце перестройки и в первые годы после распада СССР значительная часть населения была озабочена поисками якобы спрятанного за границей «золота партии» (мифических секретных фондов КПСС). Это «золото», после его обретения, должно было обеспечить процветание, без приложения народом каких-либо усилий, реформы без жертв, сто сортов колбасы и шестьсот сортов пива в магазинах, ежедневную «курицу в супе» каждому и зарплату на уровне западногерманской, при сохранении и даже улучшении советской социальной системы. В общем, это было ожидание манны небесной – некоего внешнего ресурса, необходимого и достаточного для того, чтобы все советские люди стали миллионерами, не вставая с постели

Когда-то «возвращением з москалив» украинствующая интеллигенция назвала перевозку тела Тараса Шевченко из Санкт-Петербурга в Канев. Сейчас повторить скорбный путь символа украинства готовится часть украинской политической эмиграции

Победители майдана на Украине постоянно утверждают, что они предпочли свободу несвободе, а мы над ними регулярно за это потешаемся, интересуясь где же это они нашли свободу у себя в полицейском государстве. Но, если взглянуть на предмет с точки зрения экзистенциального выбора, то придётся признать, что результат нескольких майданов привёл население Украины к большей свободе, если рассматривать свободу, как абсолют, а не как осознанную необходимость 

Если бы молдавская история с узурпацией власти олигархом Плахотнюком (захват государства, по официальной молдавской терминологии) не случилась, её надо было бы придумать. Она опровергает сразу несколько мифов, в последние десятилетия распространяющихся по постсоветскому пространству, а после украинского кризиса ставших популярными и в России

Зеленского наняли сыграть «народного президента», «реформатора», который прикроет своим картонным образом настоящих собственников Украины, растаскивающих последнее имущество и пытающихся хоть кому-нибудь спихнуть за дорого свой лежалый товар (украинскую государственность) прежде, чем все окончательно поймут, что они торгуют даже не ушами мёртвого осла (всё же что-то материальное), а дыркой от бублика. Но нанявшие не позаботились о том, чтобы прописать ему роль, а его команда деревянных кукол оказалась неспособной представить себе истинный объём задач и ответственности президента. Поэтому Зеленский играет Порошенко. Учитывая же, что сам Порошенко представлял себе Гитлера (которого играл) по советским фильмам: «Освобождение», «Семнадцать мгновений весны» и «Солдаты свободы», где роль фюрера исполнял талантливый немецкий актёр Фриц Диц, получилось, что пытаясь сыграть Гитлера, Порошенко играл Фрица Дица, играющего Гитлера. С Зеленским же и вовсе плохо: играя президента, он играет Порошенко, играющего Фрица Дица, который играет Гитлера. И даже не догадывается об этом 

Не могу сказать, что «борьба» президента Зеленского с Верховной Радой слишком уж занимает граждан Украины, но определённую функцию она выполняет. Это «противостояние» даёт возможность агитаторам за Зеленского из числа «русофилов», ненавидящих Россию (поскольку она (её власть) не соответствует их личному представлению о том, какой должна быть Россия и как конкретно она должна отстаивать права киевских «русофилов» на международной арене и внутри Украины), заявлять, что Зеленский ещё ничего не сделал. Мол, он только говорил, мол, содержание его явно русофобских заявлений определяется необходимостью борьбы с реакционной Радой, которая мечтает вернуть мерзкий режим Порошенко и не позволить «народному президенту» привести страну в «светлое будущее»

Когда Путин говорит, что на Украине и в России живёт один и тот же народ, ему трудно возразить. Но его необходимо дополнить. Кроме того же народа что и в России (русского) на Украине живут ещё два народа

Украинский избиратель разделился на три большие части. Одни утверждают, что голосовать не за кого, поэтому они будут голосовать за Порошенко (как за зло, может и не меньшее, но известное, к которому приспособились), другие утверждают, что голосовать не за кого, поэтому они будут голосовать за Зеленского (пусть даже за Коломойского), как за зло, может быть и не меньшее, но ещё неизвестное (способное удивлять, принимать нестандартные решения, а главное веселить), третьи заявляют, что голосовать не за кого, поэтому они не будут голосовать ни за кого (чтобы сохранить девственность своей непорочной совести)

В ходе первого тура президентских выборов на Украине в местную большую политику вихрем ворвался Игорь Валерьевич Коломойский. Не потому, что в первом туре победила его марионетка Зеленский. К комику уже на этом этапе пришло и ещё придёт масса «достойных» людей с большими кошельками и ещё большими амбициями. Эти люди расскажут ему, как выгодно дистанцироваться от Коломойского, а то и вообще посадить благодетеля. И уж тем более не потому, что Коломойский претендует на какую-то политическую должность

Я не знаю удастся ли мирно завершить так называемую избирательную кампанию на Украине. Как ни странно, но похоже, что на данном этапе интересы России, США и ЕС совпали. Все, хоть и по разным причинам, хотели бы, чтобы смена власти в Киеве завершилась без больших потрясений. Но при этом никто не хочет мараться, лезть в украинскую политику и активно поддерживать кого-то из претендентов на президентство

Сегодня только ленивый не смеётся над бедным Петром Алексеевичем, которого гоняют по Украине боевики Билецкого. Между тем, ещё пару недель назад эти же неленивые важно рассуждали о том, что Пётр Алексеевич ещё о-го-го, а радикалов в любой момент он прижмёт к ногтю, как в 2014 Сашка Билого. Не прижимает. Не то, чтобы не хотел. Пытается, но не получается

После февральских переговоров Владимира Путина и Александра Лукашенко земля начала полнится слухом о скором начале процесса политической интеграции Белоруссии в Россию. Президент Белоруссии вынужден был даже опровергать эту информацию в ходе своего ежегодного общения с прессой. Впрочем, вопреки традиционной лукашенковской прямолинейности, не оставляющей места для различных трактовок, в этот раз Александр Григорьевич был на удивление неконкретен и противоречив. С одной стороны, заявил, что давным-давно «наелся президентства», что дети его на высший пост в стране не претендуют и что Белоруссия, как никакая другая постсоветская страна близка России и продолжает идти по пути интеграции. С другой, тут же объяснил, что в России привыкли иметь дело с ним, и другого партнёра не воспримут