Альтернатива

Поэтому помимо представителей финансово-политической элиты, которые никогда уже не будут русскими, поскольку украинство означает для них материальное благополучие, их творческая обслуга также никогда не вернётся из украинства в русскость. Для последних это ещё сложнее. Первые теряют возможность наращивать состояния, но тем не менее могут спокойно поддерживать привычный уровень жизни, ни о чём не заботясь. Для вторых потеря перспектив украинства – интеллектуальная катастрофа. Жизнь прожита зря. Всё было напрасно. Идеи оказались ошибочны. Их реализация невозможна. Оппоненты были правы. Состояние когнитивного диссонанса до конца жизни обеспечено. А душевный дискомфорт, вызванный потерей перспектив украинства будет продуцировать ненависть к русскости, как к причине собственной несостоятельности.

Украинские СМИ массово стали именовать Порошенко Вальцманом. Особенности биографии его сменившего фамилию отца были известны и раньше. Но до занятия Петром Алексеевичем президентского поста никто не намекал на его еврейские корни. В еврействе обвиняли практически всех украинских политиков националистического разлива. У Тимошенко, Яценюка, Кличко, Тягныбока и даже у местечкового фюрера Яроша – у всех были найдены еврейские корни, о чём «честные» украинские журналисты немедленно проинформировали общественность. И только Пётр Алексеевич Порошенко, чей папа (расхититель социалистической собственности, получивший срок при советской власти и звезду Героя Украины, дающуюся только за военные подвиги, при Ющенко) представлял идеальный образ «еврея-мироеда», оставался в глазах широких масс истинным украинцем.

Серые ничего не могут и не желают создавать. Их идея – неограниченное потребление. Поэтому серым не нужен порядок, им не надо государство. Стихия серых – анархичная махновская вольница. А чёрные тоже требуют подчинять свои интересы интересам державы. В этом отношении чёрные, куда более требовательны, чем белые, красные и уж тем более чем разноцветные. Для чёрных государство-нация является абсолютной ценностью. Серых же интересует возможность не работать, но иметь всё, что может себе представить их убогое воображение, избавиться от разного рода начальников, а также от непонятных им «умников», от которых толку никакого, а живут они почему-то лучше серейшего из серых, и зажить счастливой жизнью особи у которой горло переходит в прямую кишку, минуя желудок. Обязанности перед государством для серых обременительны.

Диктатура не складывается. Страна скатывается в махновщину, в войну всех против всех. Без сильного центра в лице президента парламентские фракции, являющиеся по сути представительствами региональных элит, очень быстро исчерпают политические механизмы решения противоречий (которые и без того непопулярны на Украине) и перейдут к силовому противостоянию, не обращая внимания на ничего больше не значащую центральную власть. Отсрочить крах может только война. Но война означает неизбежное поражение. А третье подряд поражение от ополчения утратившая всякий авторитет и внутренне расколотая киевская власть не переживёт. Консолидировать остатки майданных сил вокруг власти может только война с реальным внешним врагом. Такой враг у Киева один – Россия.

То, что, сбив российский самолет, Эрдоган загнал себя в геополитический капкан, стало уже настолько общим местом, что с данным утверждением не спорят даже те, кто привык в каждом чихе российского руководства усматривать "сдачу позиций". Турецкий президент не может извиниться и наказать виновных, не угробив свою политическую карьеру. И он не может оставить все как есть, поскольку несимметричный санкционный ответ России нанес серьезный ущерб турецкой экономике и настроил бизнес против Эрдогана.

Прозрели в октябре 2015 года в Париже Меркель и Олланд. С тех пор последний вообще потерялся. Во всяком случае, о событиях на Украине молчит, как рыба – невыгодная тема для непопулярного президента. Канцлер Германии еще сражается. Это у немцев в крови – они в Берлине с нами дрались до последнего, в то время как французы Париж им сдали, даже не попробовав защищаться. Однако упорство украинского руководства, не желающего, вопреки настойчивым (уже до неприличия) требованиям Ангелы Меркель, выполнять Минск-2 ломает все планы канцлера и развеивает последние надежды на достойный (с сохранением лица) срыв Европы с украинского крючка.

Несмотря на интеллектуальную ущербность, заставлявшую их верить, что «майдан» навеки отдаст им Украину в собственность, что капитализация этого актива будет только возрастать и что Запад решит за них и для них все проблемы, украинские власти оказались все же умнее представителей маргинальной, но шумной группы российских экспертов, увидевших в Минске-2 «слив» Донбасса и до сих пор рассматривающих сквозь призму концепции «национального предательства» любую новость: от метели под Оренбургом до критического высказывания президента России о вожде мирового пролетариата.

Восточную Пруссию удалось присоединить к России только с третьего раза. Первый раз уже включенную в состав империи Елизаветой Петровной провинцию вернул своему кумиру Фридриху II Великому Пётр III. Второй раз Восточную Пруссию спас Гинденбург, разгромивший армию генерала Самсонова при Танненберге и заставивший Ренненкампфа после Мазурской битвы отступить за Неман. Только в 1945 году эта старинная германская провинция была поделена между РСФСР, которой отошла наиболее лакомая приморская часть вместе с переименованным в Калининград Кенигсбергом и Польшей, чьим вассальным владением Восточная Пруссия являлась в XVI-XVII веках (получившей «утешительный приз» в виде южной части, с теми самыми мазурскими озерами, на берегах которых сто лет назад гибли солдаты 1-й русской армии генерала Ренненкампфа).

В мировой практике не было случая, чтобы государство-лидер какой-либо системы начинало бы сознательно ее хаотизировать (по сути — разрушать) в тот момент, когда на это лидерство никто не покушался, а подконтрольные гегемону ресурсы значительно превосходили объединенные ресурсы его потенциальных оппонентов. Мы имеем дело с ситуацией, когда США не смогли по-старому управлять ими же созданной системой. Именно поэтому они и инициировали ее разрушение. С тем, чтобы решить вопрос перехода к новой глобальной системе (или перезапуска старой) за счет всего остального мира.

Между Москвой и Вашингтоном идет война чужими руками, на чужой территории и, преимущественно за чужой счет. Кто вложит в борьбу меньше собственных ресурсов и заставит больше вложить оппонента, то и победит. Пока что больше вкладывают США, но они не оставляют надежды переломить ситуацию и заставить Россию платить больше – об этом не скрываясь говорят в Вашингтоне на всех уровнях. А наши алармисты-дублоны, мечтающие заработать на радикализации общества и милитаризации государственной политики, являются объективными союзниками Вашингтона – пятой колонной куда более опасной, чем все либералы и националисты вместе взятые.

Украинские политики, которых корректнее было бы назвать бывшими политиками, бывшей Украины, как были, так и остались вечно вчерашними. Они не понимают, что ситуация (даже по сравнению с 2013 годом) коренным образом изменилась. Они в феврале 2014 года не власть переменили, не Януковича прогнали. Они государство украинское уничтожили. И ныне вопрос целесообразности его восстановления весьма дискуссионен. Во всяком случае, если особенности геополитического расклада заставят Россию и Европу сделать ставку на сохранение Украины, то не в тех границах, что существовали до марта 2014 года, не на той правовой базе и не с той же элитой во главе

Роман Анатоля Франса "Остров пингвинов" квалифицируется литературоведами, как пародия на французскую историю. И это действительно так. Впрочем, его можно было бы отнести и к другим жанрам: фантастики, антиутопии, альтернативной истории и даже назвать романом-пророчеством. Изданное в 1908 году произведение заканчивается сценами гибели пингвинской цивилизации в результате масштабных действий террористов, направленных против мегаполисов. При этом Франс указывает на тщетность попыток силовых структур организовать противодействие. После того, как в подвергшийся террористической атаке столичный мегаполис вступило несколько армейских корпусов и было введено военное положение, ситуация только ухудшилась…

До 7-го октября Вашингтон был уверен, что Россия не способна эффективно противостоять силовым действиям США без применения ядерного оружия. На этом, собственно, и базировалась американская наглость в международной политике. Американцы не скрывали, что используют силу, когда хотят, просто потому, что адекватно ответить им обычным оружием никто не в состоянии, а начинать ядерную войну Россия не будет ни из-за Ирака, ни из-за Сирии, ни даже из-за Украины. Они, как нахальный подросток, привыкший, что все в компании слабее его, спокойно нарывались на конфликт по принципу: "Дай сдачи, если сможешь", в полной уверенности, что никто не сможет. И вдруг выяснилось, что могут. Россия может.

Так что, зафиксировав победу Путина на всех досках в октябре, нам следует ждать немедленной попытки Обамы отыграться. И тоже на всех площадках. Поэтому в ближайшее время я бы ожидал роста ожесточенности ИГИЛ в Сирии, агрессивности киевского режима, а также активности агентуры США во всех чувствительных для России точках постсоветского пространства.

Где-то со второй половины лета 2014 года, когда стало окончательно ясно, что Россия не пошлет армию на Украину, а Донбасс не пойдет по крымскому пути, что его дорога будет куда как более тернистой и жертвенной, общественность начала увлеченно искать «врагов Донбасса», «предающих Россию Западу», «готовящих слив» народных республик и т.д. Интересно, что противостоящие (слава Богу исключительно на просторах «Интернета») идеологические группировки с упорством, достойным лучшего применения, обвиняли друг друга во всех смертных грехах, искренне считая патриотичной исключительно свою позицию.

Российское государство строилось как многонациональное еще со времен Древней (домонгольской) Руси. Тем не менее, при общем равенстве народов, народностей и этнических групп, населяющих территорию современной России, государствообразующим являлся триединый русский народ (в составе великороссов, малороссов и белорусов).

Ситуация в Молдове также является серьёзным сигналом для Киева. Режим Тимофти по своей сути отличается от режима Порошенко только тем, что пришёл к власти в ходе мирного, а не вооруженного переворота и по Молдове пока не разгуливают эскадроны смерти в виде нацистских "добровольческих" батальонов и просто вооружённых "активистов". В этом отношении позиции украинских радикалов, давящих на "олигархический режим Порошенко" даже сильнее, чем позиции радикалов Молдовы. Если США решат завершить радикальный переворот в Кишинёве (а пока события разворачиваются по худшему сценарию) и ЕС не решится их остановить, Киев — следующий на очереди. И очень скоро.

Все знают, что это государство долго существовать не будет, и все знают, что конец его будет ужасным. Просто каждый из внешних игроков пытается отформатировать этот конец таким образом, чтобы как можно меньше потерять и как можно больше приобрести. Как у кого получится – сложно сказать, в любом случае кто-то должен будет проиграть. Но поскольку каждая из столиц будет самостоятельно принимать решение, как на это реагировать, то шансов критического проигрыша нет ни у кого.

В общем-то я не сомневаюсь, что экс-регионалы (и те, что на Украине, и те, что за ее пределами) совершенно искренне считают, что народ мечтает вернуться к «светлым временам» правления Партии регионов, что Россия тоже спит и видит, чтобы ее «украинские партнеры» вновь пришли к власти в Киеве, что ЕС и США осознали свою «ошибку» февраля 2014 года и теперь будут к ним благосклонны. Короче, что весь мир только и озабочен, что их благополучием. Это их фатальная ошибка. Они не умеют адекватно оценивать меняющуюся политическую обстановку, почему и проиграли в 2013-2014, имея на руках все козыри. Тогда им удалось уцелеть. Новая ошибка может стоить им (или многим из них) жизни. Но мы ведь знаем, что если Бог желает наказать человека, он лишает его разума. Люди думают, что организовывают политическую силу будущего, а на деле создали клуб самоубийц.

К сожалению, по мере развития украинского конфликта, патриотические силы России, чем дальше, тем больше дробятся. Деление уже преодолело барьеры мировоззренческих, а затем и партийных противоречий и начинает уверенно выходить на уровень отдельных сект. Если в начале двадцатого века российские социал-демократы целенаправленно двигались от кружковщины к партийности, то сегодня патриоты уверенно совершают вояж в диаметрально противоположном направлении.