Альтернатива

Сегодня мы являемся свидетелями последнего этапа затянувшейся в силу геополитических причин агонии украинского государства, убитого собственной политической и экономической элитой. И этап этот обещает быть кровавым. Причём наибольшему риску подвергается как раз элита, её родственники и обслуживающий персонал. Во всяком случае те, кто не успеет убежать. Поскольку же события обещают развиваться резко и неожиданно, не успеют многие.

Политические терминаторы довели свою работу до конца и нажали кнопку

В политике побеждают разум и холодный расчет. А холодный расчет показывает, что чем больше будет у России газопроводов в Европу (а заодно и в Азию), тем труднее будет нашим друзьям и партнерам из Вашингтона строить козни, взрывающие проект большой Евразии (от Лиссабона до Куала-Лумпура). Если же России удастся вместе с союзниками (ситуативными – других не бывает) реализовать проект большой Евразии, США окажутся на задворках мировой торговли, а значит, и экономики, и политики. И вернутся в нормальный для них формат регионального лидера Северной Америки, но не более того.

В этой каше невозможно будет отделить первичное от вторичного и избрать правильную линию поведения, спасающую от неприятностей. Наглядное пособие есть в советском фильме «Адъютант его превосходительства» - сцена с разграблением поезда. «Идеология» бандитов требует уничтожения и белых, и красных (поскольку и те, и другие воюют за порядок, хоть и у них и разные представления о порядке). «Идеология» бандитов не мешает им грабить всех пассажиров, независимо от национальности и социального происхождения, а тех, кто слишком уж дорожит имуществом, без долгих препирательств убивать на месте. При этом, в своём понимании, бандиты сражаются «за правое дело» и «народное счастье» (в своём, бандитском, понимании).

Россия в десятилетия путинского Возрождения действует крайне осторожно. Ни один политик, даже самый неприятный, если есть малейший шанс, что от него может быть какая-то польза не вычёркивается из списков навсегда. Даже Эрдоган, который открыто совершил агрессию против России, был наказан, но не уничтожен. И после того, как неудачная попытка переворота резко ухудшила его взаимоотношения с Западом, Россия начала с ним конструктивный взаимовыгодный диалог. В этом контексте отзыв Зурабова означает, что мы ещё видим Порошенко, он ещё числится президентом Украины, но в реальности его уже нет, на стене его пиршественного зала чья-то рука уже написала «мене, мене, текел, упарсин». И в Москве это знают. А значит дружба Зурабова с Порошенко перестала быть самостоятельной ценностью. И нечего больше Михаилу Юрьевичу делать в Киеве.

Порошенко не был свергнут в первый же год своего президентства исключительно по причине неадекватности украинского политикума в целом. Киевские деятели искренне верили, что США и ЕС прямо сейчас бросятся им помогать материально и старались не гневить высоких покровителей. С точки зрения здравого смысла это так же логично, как если я брошу работу и лёжа дома на диване буду ждать, когда же Путин начнёт ежедневно присылать мне по мешку денег, просто за то, что я очень хороший. Тем не менее, два года украинская внутренняя и внешняя политика базировалась на искренней наивной вере в способность и желание Запада моментально решить все внутренние и внешние проблемы Киева. Следствием этой наивной веры являлось смирение перед требованиями американцев и европейцев «не трогать Порошенко», как единственного гаранта стабильности.

Не только в Москве, но и в европейских столицах прекрасно осознают, что в случае начала войны батальоном-другим не отделаешься. Европейские политики, хоть иногда и прикидываются наивными, прекрасно понимают, что миллионы немцев и французов, радостно примеривающие каски и бронежилеты и стремящиеся на восточный фронт защищать "европейские ценности" в лице латышей и поляков — сюжет из области фантастики. И всё же США успешно продавливают через НАТО программу "защиты" маленьких, но очень гордых восточноевропейских союзников, который год исправно дёргающих тигра за усы, ошалевая от собственной смелости.

В рамках программы импортозамещения, которая в военной и высокотехнологичной сферах началась за годы до того, как была официально объявлена, строительство дублирующих предприятий происходит на российской территории. Сегодня в российском ВПК почти (за небольшими исключениями) создан замкнутый цикл. Бывшие советские предприятия, размещенные в союзных республиках, больше не нужны. Даже если их каким-то чудом удастся возродить из руин, свою долю рынка они утратили значительно надежнее, чем польские производители яблок и турецкие торговцы помидорами. Москва может закрывать глаза на "белорусские устрицы", но на украинских николаевских верфях точно не будут строиться "белорусские ракетные крейсера" и "казахстанские авианосцы" для российского флота.

Ещё со времён Карла XII известно, что если русские чему-то учатся у Запада, то затем начинают применять освоенную технологию творчески – на порядок более эффективно, чем её западные изобретатели. Вот и сейчас, не вступая в конфликт формально, только за счёт минского процесса Россия может выиграть глобальное противостояние в целом – добиться того, ради чего США дважды приходилось посылать в Европу миллионные армии.

Насколько я понимаю, наши киевские и вашингтонские «партнёры» считают, что в случае начала на Украине религиозного конфликта Россия вынуждена будет вмешаться либо по давлением внутренних обстоятельств (миллионы прихожан РПЦ, в случае ущемления её прав на Украине будут требовать от властей реакции), либо поaд давлением внешнего фактора (религиозный конфликт на Украине рискует быстро вылиться в массовую резню православных, причём начиная с известных и знаковых фигур). Да и три русские лавры из пяти находятся на подвластной Киеву территории и могут быть показательно, не стесняясь жертв зачищены.

Как видим, любое развитие событий, по любому из возможных сценариев гарантирует нам падение нынешней власти, фрагментацию Украины и возникновение в отдельных её регионах, в том числе в Киеве, «самостоятельных» нацистских правительств. Киевское будет претендовать на всеукраинский характер, но не будет иметь достаточных ресурсов (в том числе и международного признания) для реализации этих амбиций. Вопрос только в том, произойдут эти события в краткосрочной (до Нового года) или в среднесрочной (в 2017 году) перспективе.

Разумеется, такой формат господства, отрицающий человечество и человечность, не может существовать долго. Россия заявила своей целью борьбу с ним (хоть у меня и нет уверенности, что вся глубина проблемы реально осознаётся) и возвращение к миру, ориентированному на реальные, а не на "бумажные" ценности. Однако, как мы знаем, пока не изменён экономический базис, невозможно ожидать изменений политической надстройки. А основы современной экономики даже в условиях глобального системного кризиса меняются медленно и противоречиво. Таким образом, в ближайшие годы, а скорее — и десятилетия, мы должны будем жить в таком формате господства, для которого существование человека, человечества и разумной жизни не является необходимым условием. Деньги, научившиеся производить сами себя, без участия человека — это штука пострашнее "восстания машин".

В то, что Вашингтон, Москва или франко-германцы пошлют армию они не верят – кому надо завоёвывать пепелище, в которое они превратили Украину? А своих собственных нацистов боятся как огня. Боевики – единственная реальная сила на Украине. Ни полиция, ни армия, ни тем более народ (даже его майданная часть) не станут защищать ненавистную всем правящую камарилью от вооружённых до зубов, неплохо организованных, имеющих разветвленную структуру и инфильтрированных в силовые структуры нацистских боевиков (полк «Азов» и его «гражданский корпус» - наиболее заметный, но не единственный пример).

Для постсоветского пространства "Бессмертный полк" стал важным символом исторической общности. Потенциально он может стать поворотным моментом в истории, казалось, уже бесповоротного распада. По крайней мере, пока он оказался абсолютно неподвластным не дававшим доселе сбоя идеологическим механизмам разъединения. Насколько далеко зайдет восстановление памяти о былой общности (или оно ограничится только частным случаем общей Великой Победы) — вопрос на сегодня открытый. И сопротивление возникших после распада национальных элит идеологии реинтеграции, которую объективно (без чьего бы то ни было умысла) несет в себе "Бессмертный полк", будет отнюдь не академическим.

Тем не менее, мысль о неизбежности крупной (с массовыми жертвами) провокации настойчиво внедряется в украинское общество. На примере Одессы, а теперь уже и Киева мы видим, что различные политические силы пытаются выстроить свою политическую и информационную кампанию таким образом, чтобы, в случае, если провокация состоится, она не только не нанесла им ущерб, но могла бы быть использована для укрепления собственных позиций. Пока ещё их разнонаправленные усилия позволяют блокировать усилия провокаторов. Однако мы всё ближе подходим к тому этапу, когда все они, как жители «Вороньей слободки», «застрахуют имущество» и будут уверены, что провокация несёт им не угрозу, а успех. Вот тогда и запылает украинский дом, «подожжённый сразу с шести концов».

Поэтому помимо представителей финансово-политической элиты, которые никогда уже не будут русскими, поскольку украинство означает для них материальное благополучие, их творческая обслуга также никогда не вернётся из украинства в русскость. Для последних это ещё сложнее. Первые теряют возможность наращивать состояния, но тем не менее могут спокойно поддерживать привычный уровень жизни, ни о чём не заботясь. Для вторых потеря перспектив украинства – интеллектуальная катастрофа. Жизнь прожита зря. Всё было напрасно. Идеи оказались ошибочны. Их реализация невозможна. Оппоненты были правы. Состояние когнитивного диссонанса до конца жизни обеспечено. А душевный дискомфорт, вызванный потерей перспектив украинства будет продуцировать ненависть к русскости, как к причине собственной несостоятельности.

Украинские СМИ массово стали именовать Порошенко Вальцманом. Особенности биографии его сменившего фамилию отца были известны и раньше. Но до занятия Петром Алексеевичем президентского поста никто не намекал на его еврейские корни. В еврействе обвиняли практически всех украинских политиков националистического разлива. У Тимошенко, Яценюка, Кличко, Тягныбока и даже у местечкового фюрера Яроша – у всех были найдены еврейские корни, о чём «честные» украинские журналисты немедленно проинформировали общественность. И только Пётр Алексеевич Порошенко, чей папа (расхититель социалистической собственности, получивший срок при советской власти и звезду Героя Украины, дающуюся только за военные подвиги, при Ющенко) представлял идеальный образ «еврея-мироеда», оставался в глазах широких масс истинным украинцем.

Серые ничего не могут и не желают создавать. Их идея – неограниченное потребление. Поэтому серым не нужен порядок, им не надо государство. Стихия серых – анархичная махновская вольница. А чёрные тоже требуют подчинять свои интересы интересам державы. В этом отношении чёрные, куда более требовательны, чем белые, красные и уж тем более чем разноцветные. Для чёрных государство-нация является абсолютной ценностью. Серых же интересует возможность не работать, но иметь всё, что может себе представить их убогое воображение, избавиться от разного рода начальников, а также от непонятных им «умников», от которых толку никакого, а живут они почему-то лучше серейшего из серых, и зажить счастливой жизнью особи у которой горло переходит в прямую кишку, минуя желудок. Обязанности перед государством для серых обременительны.

Диктатура не складывается. Страна скатывается в махновщину, в войну всех против всех. Без сильного центра в лице президента парламентские фракции, являющиеся по сути представительствами региональных элит, очень быстро исчерпают политические механизмы решения противоречий (которые и без того непопулярны на Украине) и перейдут к силовому противостоянию, не обращая внимания на ничего больше не значащую центральную власть. Отсрочить крах может только война. Но война означает неизбежное поражение. А третье подряд поражение от ополчения утратившая всякий авторитет и внутренне расколотая киевская власть не переживёт. Консолидировать остатки майданных сил вокруг власти может только война с реальным внешним врагом. Такой враг у Киева один – Россия.

То, что, сбив российский самолет, Эрдоган загнал себя в геополитический капкан, стало уже настолько общим местом, что с данным утверждением не спорят даже те, кто привык в каждом чихе российского руководства усматривать "сдачу позиций". Турецкий президент не может извиниться и наказать виновных, не угробив свою политическую карьеру. И он не может оставить все как есть, поскольку несимметричный санкционный ответ России нанес серьезный ущерб турецкой экономике и настроил бизнес против Эрдогана.

Прозрели в октябре 2015 года в Париже Меркель и Олланд. С тех пор последний вообще потерялся. Во всяком случае, о событиях на Украине молчит, как рыба – невыгодная тема для непопулярного президента. Канцлер Германии еще сражается. Это у немцев в крови – они в Берлине с нами дрались до последнего, в то время как французы Париж им сдали, даже не попробовав защищаться. Однако упорство украинского руководства, не желающего, вопреки настойчивым (уже до неприличия) требованиям Ангелы Меркель, выполнять Минск-2 ломает все планы канцлера и развеивает последние надежды на достойный (с сохранением лица) срыв Европы с украинского крючка.