Альтернатива

Сегодня самым актуальным для части российской элиты становится уже не факт получения барышей, а защита накопленных богатств. Тем более если есть кому передать их по наследству. Лучший же защитник – это сильное государство, с которым никто не захочет связываться. Поэтому они вынуждены становиться государственниками. Иначе их просто обдерут как липку. И кстати, Путин никогда не скажет: «Я устал, я ухожу». Он для этого слишком ответственный человек.

В Киеве не скрывали своих надежд, что под давлением санкций Запада Москва либо капитулирует, отказав в поддержке Донбассу и уйдя из Крыма, либо рухнет под тяжестью экономических проблем. В России произойдёт цветная революция, она развалится на части, украинские «специалисты» поедут в Москву работать министрами, а Киев займётся подсчётом «трофеев», которые и обеспечат процветание ближайших нескольких поколений «героев майдана». Прочтите материалы киевских аналитиков, публицистов за 2014 – начало 2015 года, посмотрите записи украинских телепрограмм с участием местных политиков и экспертов. Они не просто надеялись на это. Они не скрывали своей уверенности, что именно так всё и произойдёт, и спорили только о сроках российской капитуляции и объёме причитающихся Украине «трофеев».

В начале 2014 года, сразу после государственного переворота на Украине и даже после начала гражданской войны никто не думал, что ужасный конец превратится в ужас без конца. Вектор развития событий был абсолютно ясен. И то, что выпущенные на политическую арену и до зубов вооружённые ради свержения Януковича и подавления сопротивления Юго-Востока нацисты, бандиты и просто маргиналы будут разрушать государственность пока не превратят страну в Гуляй-поле; и то, что непримиримые противоречия между идеологизированными нацистами и олигархами-космополитами не дадут возможности создать сильную власть и загнать маргиналитет за Можай, и то, что большая кровь неизбежна в принципе было понятно.

Альтруизм в политике хорош только как часть прагматичного решения. Тот, кто занимается политической благотворительностью просто так (от широты души), не зная и не понимая зачем ему это надо и надо ли вообще (просто потому, что это благородно) долго не живёт. Кстати, в большинстве случаев немотивированного политического альтруизма вслед за донором гибнет и реципиент. Слишком уж он привыкает жить за счёт донора и оказывается неспособным к самостоятельному выживанию.

Фактически мы имеем дело с гражданской войной, начинающейся на территории Украины, подконтрольной Киеву. Причём этот этап гражданской войны утрачивает идеологический характер (какой имел первый этап, локализованный в Донбассе). Война за выбор будущего перетекает в войну за ресурсы, необходимые для выживания в настоящем. Это можно назвать как угодно, но только не майданом. Термин "третий майдан" используется киевскими пропагандистами для того, чтобы потенциальные путчисты могли получить поддержку жителей столицы, привыкших к тому, что майдан — это хорошо, и считающих его почти легитимным способом смены власти.

Я не шучу, украинские  политики действительно до сих пор убеждены в глобальной важности Украины и уверены, что Запад и Россия будут за неё упорно бороться и наперебой предоставлять любую поддержку. В этом был уверен Янукович, в этом уверен Порошенко, в этом уверены и те, кто идёт Порошенко на смену. Каждый следующий считает, что предшественник был дураком и поэтому у него не получилось, но он-то умный, у него обязательно выйдет.

Однако уже сегодня можно сказать, что у Вашингтона не сложилось. ЕС практически заблокировал договор о Трансатлантическом торговом и инвестиционном партнерстве (TTИП). Аналогичное соглашение о Транстихоокеанском партнерстве (ТТП) также рискует не вступить в силу. Его ратификацию уже приостановил Вьетнам. В пользу пересмотра ТТП и подготовки нового договора высказался президент Перу. Соглашения ТТИП и ТТП не случайно терпят крах. Подчинение экономик Европы и Юго-Восточной Азии Вашингтону имело смысл только в том случае, если бы США реально смогли блокировать трансевразийский маршрут.

Местечковая, провинциальная элита всегда мыслит категориями собственного огорода. Именно не города, не села, а огорода. И поэтому в собственный огород стремится превратить всю подконтрольную территорию. Её горизонт планирования ограничивается завтрашним днём. Государство она рассматривает как механизм изъятия в свою пользу общественной (по её мнению ничейной) собственности, а также собственности других представителей элиты, которые в данной ситуации всегда рассматриваются как оппоненты. То есть, ценность государства, с точки зрения местечковой элиты, не абсолютна, преходяща. Как только основная функция (передел собственности в пользу верхушки) выполнена, государство подлежит ликвидации.

Власть Порошенко так слаба и непопулярна, что о шансе досидеть до 2019 года говорить не приходится. Раз уж США заставили МВФ срочно выдать Киеву миллиард долларов в средине сентября, чтобы Порошенко продержался до выборов президента США 8 ноября, значит даже в Вашингтоне не уверены в способности Порошенко досидеть до Нового (2017) года. Опасность (а я бы сказал – неизбежность) нацистского переворота, ведущего к разрушению минской конструкции и резкому обострению ситуации на Украине (в том числе и возможному возникновению проблем с транзитом газа), существует уже. Начиная с сентября она крайне высока (мятеж возможен в любой момент).

Украинским нацистам отступать некуда. Мир означает для них тюрьму (это при том, что до тюрьмы и суда ещё дожить надо, а это – задача в нынешних условиях нетривиальная). Единственный способ предотвратить капитуляцию Украины (в форме ли начала выполнения Минска или любой другой) – смести нынешнюю власть, самим стать властью и, поскольку все возможности квазидемократического удержания власти исчерпаны, запустить механизм неизбирательного массового террора своих политических оппонентов и сочувствующих им.

Минские соглашения – это пространство для дипломатического манёвра, это боевые действия без войны, это попытка выиграть пространство и время, не применяя вооружённые силы. Причём с учётом того, что в интересах России этот конфликт на определённое время маргинализировать для того, чтобы не связывать там огромные ресурсы. У России ресурсы не резиновые, в случае увязания на Украине она не сможет эффективно противостоять США в других точках планеты, в той же Сирии. Но в Сирии решается судьба мира, а на Украине решается судьба Донбасса. Поэтому этот конфликт можно подморозить на какое-то время. Тот, кто победит в Сирии, победит и на Украине. Вот и всё.

Военные готовятся к войне. И если они видят, что политики практически уже довели до нее дело, то они констатируют: война неизбежна. Их уже к этому подготовили. Их уже заставили мобилизоваться, перевели в режим военных действий. При условии сохранения этой тенденции никакого другого решения, кроме военного, Соединенные Штаты не видят. Им надо либо отступать и менять формат своей внешней политики и полностью его перерабатывать — о чем, собственно, и сказал Путин, потребовав от американцев изменения отношения к России, — либо же они идут напрямую к войне. Каждый последующий шаг в этом направлении может стать шагом к началу войны.

Ну и наконец, ультиматум Путина – ответ всем тем, кто возмущённо вопрошал почему ещё в 2014 году российские танки не взяли Киев, Львов, Варшаву и Париж и в чём же заключается план Путина. Могу только повторить то, что писал тогда. Если вы собираетесь идти на конфронтацию с мировым гегемоном, вы должны быть уверены в том, что сможете дать ответ на любые его действия. Экономика, армия, общество, государственные и административные структуры – всё должно быть готово. Если же полной готовности нет – надо тянуть время и наращивать мускулы. Вот сейчас готово и карты выложены на стол. Посмотрим чем ответят США. Но геополитическая реальность уже не будет прежней. Мир уже изменился. США была публично брошена перчатка и они не осмелились её сразу поднять.

У нас с США противостояние не идеологическое, не финансово-экономическое (это только внешние формы в которых противостояние проявляется). У нас противостояние системное – не столько даже мировоззрений, сколько мировосприятий. Мы живём на одной планете, но в разных мирах. Миры эти могут друг друга теснить, но не могут смешиваться. При этом Русский мир может сосуществовать с американским, а вот американский с русским – нет. Эта невозможность определяется на уровне базовых ценностей. Для Русского мира нет ничего экстраординарного в признании права на существования иного, альтернативного мира. С точки зрения США, американский мир – единственно правильный – единственная возможная идеальная форма существования человечества. Всё остальное должно быть ликвидировано.

Необходимо при помощи информации управлять событиями. То есть, информацию надо создавать. Необходимо моделировать в информационной сфере необходимый "прекрасный новый мир" таким образом, чтобы целевые группы (неважно, идёт речь о своём населении или о населении геополитического противника) воспринимали его как существующий. Тогда через некоторое время реальный мир действительно перестроится в соответствии с созданной вами информационной матрицей.

Но если банда хочет воевать, а атаман трусит, то банда выбирает другого атамана. В Киеве есть люди, готовые рискнуть войной, ради получения эфемерной политической власти. Своей речью в Раде, Порошенко не просто отрезал себе последнюю тропинку назад (за стол переговоров). Он выдал карт-бланш сторонникам войны, лично освятив их требования, как официальную стратегию Украины. Похоже, что свою княжну Пётр Алексеевич утопил зря. Это его не спасёт.

Фактический военно-политический союз России и Китая существует уже давно и ни для кого не является секретом. Неоднократно возникали слухи о его возможной формализации. Но на только что завершившемся саммите G20 лидер КНР впервые заявил о необходимости "оформить отношения" настолько открыто, насколько это вообще позволяет китайская политическая и дипломатическая традиция.

Представьте себе, что Вы играете в шахматы. Но не стандартную партию. У Вас двадцать досок и вы должны не проиграть на большинстве и выиграть на стратегически важных. Вы играете бело-сине-красными фигурами. На двадцать досок у Вас четыре комплекта фигур, которые Вы должны рационально использовать. Ваш главный противник тоже играет на двадцати досках. У него звёздно-полосатые фигуры. Но в его распоряжении восемь комплектов (в два раза больше, чем у Вас).

Но воронка украинского хаоса грозит бесконтрольным втягиванием в конфронтацию соседей Киева, у каждого из которых есть свои интересы на территории, ещё недавно бывшей украинским государством. И это тоже понятно всем. Именно поэтому практически синхронно, в Германии озаботились проблемами гражданской обороны и впервые за последние тридцать лет стали учить население правилам выживания в особый период. А в России, в рамках внезапной проверки боеготовности сразу трёх военных округов, прикрывающих западное направление, отрабатывали перевод на военные рельсы промышленности и административных структур. Тоже впервые за тридцать лет.

Сейчас мы говорим, что государство не состоялось. Но произошло это не сейчас. Оно не состоялось с первого же мгновения и ни минуты не было состоявшимся. Потому что, если бы государство Украина состоялось, хоть в какой-то момент своего существования, оно никогда бы не дошло до жизни такой. Государство, которое кому-нибудь надо, не может не состояться. А украинское государство не нужно даже украинским нацистам. Они приходят, как падальщики на мёртвую уже тушу, чтобы успеть урвать свой кусок гниющей плоти и сдохнуть рядом с останками Украины. Потому что нацисты тоже не могут существовать без государства. А они его добивают, так как ничего не могут предложить конструктивного, в сравнении с программой олигархической элиты, которой они идут на смену, кроме «взять всё и поделить», но поделить по-новому. А делить-то уже и нечего.